Путь Воина

Путь ВоинаЕсли Пути Человеческие так уж малопродуктивны, то чем же хорош Путь Воина? Прежде всего, воин понимает, что нельзя относиться ко всему так серьёзно, как это делают обычные люди. Есть три рода плохих привычек, которыми мы пользуемся вновь и вновь, сталкиваясь с необычайными жизненными ситуациями. Во-первых, мы можем отрицать очевидное и чувствовать себя при этом так, словно ничего не случилось. Это – путь фанатика. Второе – мы можем всё принимать за чистую монету, как если бы мы знали, что происходит. Это – путь набожного человека. И третье – мы можем приходить в замешательство в связи с событием, когда мы не можем ни искренне отбросить его, ни искренне принять. Это путь глупца.Путь ВоинаЕсли Пути Человеческие так уж малопродуктивны, то чем же хорош Путь Воина?

Прежде всего, воин понимает, что нельзя относиться ко всему так серьёзно, как это делают обычные люди. Есть три рода плохих привычек, которыми мы пользуемся вновь и вновь, сталкиваясь с необычайными жизненными ситуациями. Во-первых, мы можем отрицать очевидное и чувствовать себя при этом так, словно ничего не случилось. Это – путь фанатика. Второе – мы можем всё принимать за чистую монету, как если бы мы знали, что происходит. Это – путь набожного человека. И третье – мы можем приходить в замешательство в связи с событием, когда мы не можем ни искренне отбросить его, ни искренне принять. Это путь глупца.

Есть четвёртый, правильный – путь воина. Воин действует так, как если бы никогда ничего не случалось, потому что ни во что не верит. И, однако же, он всё принимает за чистую монету. Он принимает, не принимая, и отбрасывает не отбрасывая. Он никогда не чувствует себя знающим, и в то же время никогда не чувствует себя так, как если бы ничего не случилось. Он действует так, как будто он в полном контроле, даже если у него, может быть, сердце в пятки ушло. Если действуешь таким образом, то замешательство рассеивается. (Замешательство это такая, ставшая обыденной, эмоция, которой можно легко подвергнуться, но точно также можно и легко от неё избавиться).

Путь, о котором мы ведём рассказ, был открыт магами Древней Мексики. Их название – «толтеки» – можно перевести, как «мастер», «умелец».

Толтеки были способны на невероятные, непостижимые вещи. Эти видящие были последним звеном длинной цепи знания, передававшегося в течение тысячелетий.

Толтеки были непревзойдёнными мастерами искусства осознания. Они знали, как фиксировать осознание своих жертв. То есть – их секретные знания и практики позволили им проникнуть в тайну осознания как явления и процесса.

Первый шаг по пути знания Толтеки сделали, очевидно, поедая растения силы, из любопытства, от голода или по ошибке. Остальное было лишь вопросом времени. Рано или поздно кто-то из них занялся анализом своих ощущений. (Здесь мы немного отвлечёмся и поговорим о так называемых «практикантах». Есть такие читатели, которые считают себя непревзойдёнными практиками, как только у них что-нибудь получится, из того, о чём написано у К. Кастанеды. Но почему-то у них «получается» только сновидение. И такие горе-мастера начинают с высокомерным пренебрежением относиться к тем, кто сначала хочет Понять, а затем уж и Действовать. Неужели они лучше древних Толтеков, которые без предварительного анализа, то есть без теории, и шагу не хотели ступать в мир неизвестных, ужасающих сил?) Первые Толтеки были чрезвычайно отважными людьми, но они очень сильно ошибались. Эта беда случилась с ними, возможно и по этой причине, т. е. из-за отказа от теоретической работы. И вот пришли испанцы, защищённые (во всех смыслах) своими технологиями, которые не были известны миру Толтеков, и чуть не уничтожили их всех до одного. Надо ли объяснять, что выжили только Толтеки-теоретики? Ведь, скорее всего, только теоретики смогли осмыслить, что вызвало их поражение и, следовательно, выработать и применить необходимые практики. Другими словами, увлёкшись поисками силы и способов управления людьми, древние Толтеки свернули с пути воина и поэтому потерпели поражение. Только мыслящие воины смогли понять, что магия – это тупик.

Достичь состояния воина – очень и очень непросто; даже достижение понимания это – переворот в сознании. Одинаковое отношение ко всему, будь то олень, шакал, бабочка, червь или люди – одно из величайших достижений духа воина. Для этого необходима Сила.

Безмерное обилие всяческих учителей, гуру создаёт у людей, отвыкших думать самостоятельно, впечатление, что без этих «помощников», без сторонней помощи ну никак не обойтись! Однако гораздо лучше начинать путь самостоятельно. Тогда легче понять, как проста и вместе с тем глубока разница. Колдун, знахарь, маг, волшебник и прочие «потомственные» «специалисты» – это честолюбие, а воин – это воин. Человек, впрочем, может быть и тем, и другим; такие то же встречаются; ведь любой человек может научиться магии. Но тот, кто лишь проходит по пути жизни, тот действительно является всем. В жизни человека должен существовать только путь, которым он странствует, — любой путь, который имеет сердце или может иметь сердце. Когда вы следуете своему пути, то это и есть единственный достойный вызов – пройти его до последней пяди.

В пути воинов нет изъянов. Следуйте ему, и никто не сможет вас упрекнуть.

Достижения воина

Быть воином – это самый эффективный способ жить. Воин сомневается и размышляет до того, как принимает решение. Но когда оно принято, он действует, не отвлекаясь на сомнения, опасения и колебания. Впереди – ещё миллионы решений, каждое из которых ждёт своего часа. Нужно терпеливо ждать, зная о своём ожидании и зная, чего ты ждёшь. Это – путь воина.

На пути воина, впрочем, как и на любом человеческом пути, постоянно приходится с чем-то бороться, чего-то избегать, быть к чему-то готовыми. Кроме того, на пути воина встречаешься с силами, которые непостижимы, всегда мощнее нас, всегда нас превосходят. Силы, встречающиеся на пути воина непостижимы, но и в обычной жизни нам то же приходится встречаться с непонятными, непостижимыми силами (например – с женской логикой), однако путь воина, в отличие от обычной жизни даёт силы, а не опустошает человека.

На путь воина человек может встать, только когда ему станет доступным Знание, которое донесли до нас из тьмы веков, видящие линии Карлоса Кастанеды. Да, открываясь этому знанию, человек попадает в лапы безжалостных сил; и единственное средство, позволяющее ему уравновесить себя и сдержать их напор, — это воля. Поэтому человек должен воспринимать и действовать как воин. Только воин выживет на пути знания. В образе жизни воина кроется сила. Именно эта сила позволяет ему жить лучшей жизнью. Путь воина или способ жить как воин – это клей, который соединяет всё в мире воина. Если бы у вас был учитель, то он должен был бы мало-помалу выковывать и развивать своего ученика, его умение жить, как воин, потому что без устойчивости и способности держаться на плаву воину невозможно выстоять на пути знания. Следовательно, если нет учителя, то всё придётся делать самостоятельно. Что, впрочем, надёжнее.

Быть воином – это наиболее подходящий способ жить. Да, воин встретит на своём пути мощные, беспощадные силы, но только под ужасающим воздействием сил, с которыми сталкивается человек, он может стать воином. Гораздо легче научиться видеть, но если научиться видеть, не став предварительно воином, то можно ослабить себя ложным стремлением и желанием отступить. Тело воина может разрушиться, потому что ему стало бы всё равно или он может стать магом. Но что с магами сделали испанцы?

Ничего не желать – прекраснейшее достижение воина. Но не нужно расширять это чувство нежелания и превращать его в противоположное, – когда нравится всё. От этого жизнь станет пустой и нудной. Поэтому воин отбирает то, что составляет его мир, отбирает осознанно, потому что каждая вещь, которую он отбирает, становится его щитом, защищающим от нападения сил, тех сил, которые он старается использовать. Щиты, например, используются воином для защиты от собственного союзника.

Обычный средний человек точно так же, как и воин, живёт в окружении тех же непостижимых сил. Но он им недоступен, так как защищён особыми щитами другого типа. И этими щитами является всё, что делают люди (культура, социализация, обычаи, обряды, семья, работа и т. д.).

В некоторых случаях воину нужно быть самим собой. И не имеет никакого значения, нравится ему это или нет. Значение имеет лишь то, что он может использовать как щит. Воин должен использовать все доступные ему средства, чтобы прикрыть свой смертельный просвет, когда он открывается. Поэтому неважно, что вам не нравится быть тем или иным. Может случиться так, что то, что вам не нравится это – ваш единственный щит. Воин, который опустошает себя ненужной, бессмысленной борьбой, не способен выжить. Тело имеет пределы выносливости. Можно тяжело заболеть, и если это случится, то кто поможет вам выстоять?

Следует действовать, как подобает воину. Отбирать частицы своего мира, потому что встав на путь воина больше нельзя обращаться с вещами как попало.

Воин встречает эти необъяснимые и непреклонные силы, потому что он намеренно ищет их. Поэтому он всегда готов к встрече с ними. Но в начале пути ещё никто не готов к встрече с этими силами. Фактически, если эти силы явятся к вам, они захватят вас врасплох. Испуг откроет ваш просвет, и ваша жизнь беспрепятственно ускользнёт через него. Поэтому первое, что нужно сделать, — это быть готовым. Когда вы следуете пути воина, то должны всегда помнить, что любая из этих сил собирается выскочить перед вашими глазами в любую минуту. Вы должны быть готовы к этому. Ведь встреча, например, с союзником – это не воскресный пикник. Воин принимает на себя ответственность по защите своей жизни. И когда какая-либо из этих сил стучится к вам и открывает ваш просвет, вы должны намеренно бороться за то, чтобы закрыть его самому.

Для этой цели вы должны иметь избранный ряд вещей, который даёт вам спокойствие и удовольствие. Вещей, которые вы можете намеренно использовать для того, чтобы убрать свои мысли от испуга, закрыть свой просвет и сделать себя цельным.

Что это за вещи? В своей повседневной жизни воин выбирает себе путь сердца. Именно это отличает его от обычного человека. Воин знает, что он на пути сердца, когда един с этим путём, когда переживает огромное спокойствие и удовлетворение, идя по нему. Вещи, которые выбирает воин, чтобы сделать свои щиты, — это частицы пути сердца.

Нужно окружить себя частицами пути сердца и отказаться от всего остального. Иначе вы погибнете при встрече с силой. Когда вы достаточно далеко пройдёте по пути воина, то больше можете не просить о встрече; союзник может прийти к вам во сне, во время разговора с друзьями или когда вы кушаете.

Отсюда следует, что воин должен быть текучим и изменяться в гармонии с окружающим миром, будь это мир разума или мир воли. Реальная опасность для воина возникает тогда, когда выясняется, что мир – это ни то и ни другое. Единственный выход из этой критической ситуации – продолжать действовать так, как если бы ты верил. Другими словами, секрет воина в том, что он верит, не веря. Разумеется, воин не может просто сказать, что он верит, и на этом успокоиться. Это было бы слишком легко. Простая вера устранила бы его от анализа ситуации. Во всех случаях, когда воин должен связать себя с верой, он делает это по собственному выбору, как выражение своего внутреннего предрасположения. Воин не верит, воин должен верить.

Вера воина

Должен верить означает, что воин учитывает все возможности, а затем выбирает ту из них, которая соответствует его внутреннему предрасположению.

Просто верить – легко и спокойно. Должен верить – нечто совершенно иное. Надеюсь, вы легко вспомните эпизод, где Кастанеда помогал своей знакомой избавиться от двух котов, которых их хозяйка решила усыпить; и кот по имени Макс сбежал. И вот как дон Хуан объяснил, что значит верить. «Как воин, ты должен верить, что Макс сделал это – то есть что он не только убежал, но и сохранил свою силу. Ты должен верить в это. Скажем так, без этой веры ты не имеешь ничего». Как вы, должно быть, помните, Карлушу озарило: «Да-да! Я понял! В Максе возобладал его дух воина!» Но дон Хуан знал, что ни черта Карлуша не понял.

«Должен верить означает, что ты должен знать и принимать в расчёт обстоятельства, связанные с другим котом, который игриво лизал руки, несущие его к року. Это был тот кот, который пошёл к своей смерти доверчиво, полный своих кошачьих суждений. Должен верить означает, что ты обязан учитывать всё, и прежде чем решить, что ты похож на Макса, ты должен принять в расчёт, что ты можешь быть похож и на другого кота. Вместо того чтобы бежать, спасая свою жизнь, и использовать каждый шанс, ты, быть может, так же идёшь навстречу року, наполненный своими суждениями».

Долг верить, что мир таинственен и непостижим, является выражением самого глубокого предрасположения воина, без которого он не имеет ничего.

И каждому обучающемуся для страховки необходимы умеренность и сила. Например, стирание личной истории и сновидение помогают в этом.

Путь ученичества долог и тернист, потому что прежде, чем входить в контакт с силами, встречающимися на пути воина, человек должен исключить из своей жизни всё лишнее, всё, что не является жизненно необходимым, иначе ему не выдержать столкновения с теми ужасающими силами.

И тут можно напомнить об отношении воина к своим близким, отношении, которое можно встретить практически во всех религиях и всякого рода мистических учениях…

«Ты любишь маленького мальчика и не хочешь понять, что Нагваль имеет в виду. Нагваль сказал, что у тебя есть дочь, которую ты никогда не видел, и что ты любишь того маленького мальчика. Одна взяла твоё остриё, другой – захватил тебя. Ты соединил их вместе.

Воин в любом варианте ничего не должен отдавать на волю случая. Воин действительно влияет на результаты событий силой своего осознания и своего несгибаемого намерения. Он сказал, что если бы у меня было несгибаемое намерение помогать этому ребёнку и защищать его, я бы принял меры, предусматривающие его пребывание со мной. Но в своём нынешнем виде моя любовь является всего лишь пустым звуком, бесполезной вспышкой пустого человека. Затем он сказал что-то о пустоте и полноте, но я не хотел слушать его. У меня было только чувство утраты. И я был уверен, что пустота, о которой он говорил, относилась именно к этому чувству.

Ты любил его, ты чтил его дух, ты желал ему блага, а теперь ты должен забыть его».

Да. Именно таков выбор и путь воина. А, например, в христианстве путь адепта таков: И пришли к нему его мать и братья, но из-за множества людей не могли к нему подойти. Тогда сказали ему: «Твоя мать и твои братья стоят на улице и хотят тебя видеть». В ответ он сказал им: «Моя мать и мои братья – это те, кто слушает слово бога и соблюдает его». (Лука, 8: 19-21).

«Мой бенефактор был магом с большими силами. Он был воином до мозга костей. Его воля была действительно его самым чудесным достижением. Но человек может пойти ещё дальше. Человек может научиться видеть. После того как он научился видеть, ему не нужно больше быть ни воином, ни магом. Став видящим, человек становится всем, сделавшись ничем. Он как бы исчезает, и в то же время остаётся. В принципе он может получить всё, что только пожелает, и достичь всего, к чему бы ни устремился. Но он не желает ничего и вместо того, чтобы забавляться, играя обычными людьми, как безмозглыми игрушками, он растворяется среди них, разделяя их глупость. Единственная разница состоит в том, что видящий контролирует свою глупость, а обычный человек – нет. Став видящим, человек теряет интерес к своим ближним. Видение позволяет ему отрешиться от всего, что он знал раньше».

«Все пути ведут в никуда…»

И если вы считаете, что раз уж нам всё равно предстоит умереть, то какая разница – умереть воином или не воином, то таким отношением совершаете ошибку, однако придти к правильному заключению каждый должен самостоятельно. Только когда человек сам убеждается в том, что не прав и что разница – невообразимо огромна, тогда он – убеждён. И дальше может продолжать самостоятельно. И даже САМОСТОЯТЕЛЬНО СТАТЬ ЧЕЛОВЕКОМ ЗНАНИЯ.

Кстати, следует уточнить и напомнить, что «путь воина» это всего лишь промежуточная ступень и, что воин может (и должен) стать Человеком Знания.

Отрывок из книги
Don Basilio «Нагвализм. Теория»

Без рубрики