Ритуальное пространство первичных ценностей

Ритуальное пространство первичных ценностейУ человека есть всего одно тело, одно сознание, ограниченные способности и ограниченные ресурсы вещей, власти и т.д., а ценностей, конкурирующих за него, как средство их достижения, — много, причем каждая из них претендует быть особым миром, присваивающим себе этого человека. Ему надо определяться с любовью, — рожать, выращивать, воспитывать и образовывать детей. Обустраивать жилище. Обеспечивать себя и своих иждивенцев питанием и одеждой. Достигать успехов в предпринятых делах. Продвигаться на избранном поприще. Надлежаще отдыхать. Обеспечивать безопасность тех миров, в которых он живёт…Ритуальное пространство первичных ценностейУ человека есть всего одно тело, одно сознание, ограниченные способности и ограниченные ресурсы вещей, власти и т.д., а ценностей, конкурирующих за него, как средство их достижения, — много, причем каждая из них претендует быть особым миром, присваивающим себе этого человека.

Ему надо определяться с любовью, — рожать, выращивать, воспитывать и образовывать детей. Обустраивать жилище. Обеспечивать себя и своих иждивенцев питанием и одеждой. Достигать успехов в предпринятых делах. Продвигаться на избранном поприще. Надлежаще отдыхать. Обеспечивать безопасность тех миров, в которых он живёт.

Выбор между целями этих миров заставляет человека сопоставлять и упорядочивать их по стоимости, — по доле отдачи им себя — то есть, по интервалам времени, по месту и количеству выделения им себя и своих средств.

Распределение себя, своего времени и своих ресурсов между этими целями, устанавливаемое человеком в результате внутренней борьбы сущностей, живущих в нём, есть первичная форма стоимости ценностей, образующих миры человека.

Эти ценности выступают как ценность самого человека, разложенная в сущностный ряд по компонентам, выпадающим в разные миры, отнесенным к одному и тому же человеку, объединяющему их собственным организмом.

Их производство осознается человеком как производство самого себя.

Особенность этой формы стоимости — её качественная определенность. Она дана составом и приоритетами первичных ценностей, распределенных по разным мирам, но отнесенных к одному и тому же человеку, выступающему, заодно, и средством их достижения.

В этой форме цели и средства диалектически едины, как один и тот же человек, нужный самому себе и вкладывающий самого себя, как средство, в самого себя, как цель.

Исход внутренней борьбы человека, определяющей, как именно и во что он вложится (во что он разложится), зависит от многих факторов.

Ключевыми являются состояние его здоровья, обстоятельства данного общества, места и времени, а также культуры, властвующие в форме сущностей, живущих в нём.

Первичные ценности, требующие регулярной реализации, приобретают характер ритуальных ценностей, — их ценность предшествует сомнению, их смысл состоит в них самих и не нуждается в обосновании, а их реализация выступает источником смысла всех прочих видов
деятельности человека.

Примерами таких ритуальных ценностей являются уход за родителями и детьми, выполнение их просьб и прихотей, дружеские услуги людей друг другу, а также забота о пенсионерах в масштабе общества.

Наблюдая за людьми и животными, мы обнаруживаем повторяемость одних и тех же, по смыслу, поступков, как ритуалов, из которых складывается их поведение.

Они ведут себя как бы согласно плану-ритуалу, предписывающему ситуации, в которые им суждено попадать, а также действия при попадании в ситуацию.

Типичный городской житель утром просыпается, ритуально умывается, одевается, завтракает, едет на работу, а вечером возвращается, предается своим вечерним занятиям, после чего ложится спать, а с нового утра всё повторяется.

Этот повторяющийся круг ритуалов составляет жизненный уклад человека, которым раскрывается состав его первичных ценностей как того, ради чего фактически живет и действует человек. В круг этих ценностей входят сон, питание, одежда, жилище, работа как творчество, любовь, общение, досуг и другие, детальные и общие цели.

В каждой из схожих ситуаций жизненного уклада человек действует по заведенному ритуалу, преследуя не только получение схожего результата, но и исполнение самого этого ритуала, как особую самоцель.

Так, придя в спальню, чтобы спать, он, стереотипно, раздевается, выключает свет и ложится в постель. А утром, проснувшись, делает зарядку, убирает постель, умывается…

Внутренний план, фиксирующий жизненный уклад и стереотипы ритуальных действий в схожих ситуациях, я называю менталитетом человека.

Люди с разными менталитетами разительно отличаются друг от друга.

Если Вы, как по кругу, каждый день ходите на работу и возвращаетесь домой, чтобы предаться досугу и лечь спать, то другой человек, возможно, не ходит ежедневно на работу, зарабатывает на жизнь нерегулярным промыслом, и может спать, каждый раз, на новом месте.

Если вы, собираясь спать, раздеваетесь, выключаете свет и ложитесь в постель, то человек с иным менталитетом может лечь спать, не раздеваясь, не гася свет и в сапогах, и не в постель, а на пол, и даже не ночью, а днём, то есть, нарушая все ритуалы, вам привычные.

Люди, имеющие схожие менталитеты, легко находят общий язык друг с другом и образуют общности, основанные на взаимопонимании.

Но большинство общностей, в которые входят люди, основаны не на схожести менталитетов, а на общности объектов, из-за которых им приходится пересекаться. Таковы семья, одноклассники, сослуживцы, коллеги, товарищи по несчастью…

Каждая такая общность – особая сущность, вселяющаяся в человека, навязывающая ему некоторую роль, стремящаяся подчинить и перевоспитать его на свой лад.

Она ведёт себя, словно сама она тоже человек, — обладает жизненным укладом, стереотипами ритуального поведения и образует особый мир, живущий жизнью, параллельной другим мирам.

Жизненные уклады современных людей наполнены и разорваны их участием во множестве таких параллельных миров, — от семьи до профессиональных гильдий.

В каждом из них человек вынужден вести себя по-разному.

Он и является нам совершенно разным, в зависимости от того, где мы его застали – на работе, в компании друзей, в кругу семьи, либо в одиночестве.

Реальное общество состоит из множества параллельных миров, разрывающих и составляющих жизненные уклады людей.

С развитием общества и состава его параллельных миров, развивается и человек, как уже Общество.

Во всех эпохах сосуществуют все типы менталитетов – и матриархата, и патриархата, и рабовладения, и феодализма, и кочевничества, и оседлости, и прочие.

Исторические эпохи различаются господствующими менталитетами, которые всегда сосуществуют и непрестанно борются друг с другом.

Столкновения этносов и государств, — войны, акты терроризма и революции – лишь малая часть этой борьбы. Главная её арена — внутрипроизводственные и внутрисемейные отношения.

Распад семей — следствие несовпадения менталитетов, конфликта логически несовместимых миров, разных идей того, что такое человек и каковы его первичные ценности, представленные составом его элементарных ритуалов. Несовпадение последних способно вызывать внутрисемейные психозы.

Внешне мы обманчиво похожи друг на друга.

Трудно представить, насколько мы различаемся внутренним менталитетом!

Сравнение менталитетов обнаруживает, что волк от зайца, лиса от барана — отличаются друг от друга меньше, чем «человек» от «человека»!

Волею судеб севшие за одну парту, вступившие в брак или ставшие сотрудниками одного и того же предприятия, люди не перестают быть выходцами разных миров, имеют разное понимание того, кого считать «человеком», а кого — нет.

Большинство внутрисемейных конфликтов, при ближайшем рассмотрении, являются конфликтами представителей разных менталитетов, столкнувшихся в общем быту, не могущих признать друг в друге полноценного человека.

Разные менталитеты – это разные варианты аксиоматизации общества.

Марксисты называют эти варианты идеологиями.

Историческая материя, называемая «Человек», дана нам как разнообразие идеологий (человеческих менталитетов) и фактов их борьбы.

Сосуществование людей с разными менталитетами (идеологиями), по сути, есть сосуществование разных вариантов исторических эпох, а борьба между такими людьми есть борьба эпох.

Итак, пространство первичных ценностей человека, как уже Общества, есть его менталитет, составленный из заселенных в него планов-ритуалов особых миров, в которых живёт человек.

Они вселяются в него, как внешние сущности, навязывают ему свои частные определения, наполняют его своими ценностями, расширяют горизонты его сознания, но держат в подчиненном положении, навязывают определенные роли, манипулируя и жертвуя им при необходимости.

Как отчужденные ценности, они ставят себя впереди Человека и присваивают себе функцию установления смыслов жизни человека, придавая действиям и поведению человека ритуальный, — свыше установленный смысл.

Например, первобытный мужчина ведёт себя ритуально не как Человек, а именно как мужчина (самец), либо именно как охотник, либо именно как воин, если таково его реальное место в первобытном обществе.

Лишь спустя фазы культурного развития осознается общая культурная ценность — «человек».

Этой эволюции соответствует фаза Истории, — от периода дикости до наших дней, — когда Общество развивается как вместилище разнородных культурных стихий, отчуждённых от человека и воюющих друг с другом за власть над Человеком.

Человек, в этой фазе, только начинает вычленяться из пелёнок общественных связей, поднимать голову и осознавать себя как уже Общество.
До этого осознания он ведёт себя не как Человек, а как ритуально-функциональный элемент общества.

На полпути к этому осознанию, он попадает в плен к либералистской идеологии, — к разлагающим общество культам индивидуализма и частной собственности, так же принимающим ритуальный – заданный извне — смысл.

Лишь осознавая себя уже Обществом, он осознаёт себя и истинно Человеком, — сущностной частицей Общества, носителем общественных ценностей.

Возвышаясь над частными ценностями, человек осознает себя собственником смыслов и ценностей Общества в целом и начинает играть роль истинной ценности.

Автор:
Валентин Левин

Без рубрики